Почему выросли резервы
Международные резервы включают высоколиквидные иностранные активы в распоряжении Банка России и правительства. Их структура складывается из средств в иностранной валюте, специальных прав заимствования, монетарного золота и резервной позиции в МВФ. Недельный прирост в 13 млрд долларов объясняется не покупкой новых активов, а переоценкой уже имеющихся.
Механика переоценки проста. Значительную часть резервов составляет монетарное золото, цена которого в августе держалась вблизи исторических максимумов около 4 400 долларов за унцию. Когда золото дорожает, рублёвая и долларовая стоимость золотой части резервов автоматически растёт без каких-либо операций со стороны регулятора. Аналогично работает валютная переоценка: при изменении курсов валют, входящих в резервы, прежде всего юаня, их пересчёт в доллары меняет итоговую цифру. Именно поэтому Банк России подчёркивает, что рост произошёл в основном за счёт переоценки, а не за счёт наращивания физического объёма активов.
Достижение уровня 774 млрд долларов близко к историческому максимуму. При этом важно помнить, что около 300 млрд долларов резервов заблокированы на западных счетах и недоступны для оперативного использования. Реально доступная часть, включающая золото в хранилищах внутри страны и юаневые активы, составляет порядка 470-480 млрд долларов. Тем не менее даже эта часть представляет собой значительную подушку безопасности.
Что происходит с бюджетом в 2026 году
Параллельно с ростом резервов федеральный бюджет проходит через период устойчивого дефицита. За январь-июль 2026 года дефицит составил 6,455 трлн рублей, или 2,8% ВВП. Это почти вдвое больше первоначального годового плана, заложенного в законе о бюджете: 3,786 трлн рублей, или 1,6% ВВП. Расходы за семь месяцев выросли на 14,5% год к году до 28,567 трлн рублей, причём Минфин объясняет опережающий рост оперативным заключением контрактов и авансированием.
Динамика в течение года была неравномерной. Первые месяцы 2026 года дали резкий рост дефицита из-за провала нефтегазовых доходов на фоне низких цен на нефть и крепкого рубля. В июне бюджет впервые вышел в профицит около 196-280 млрд рублей, что дало основания говорить о стабилизации. Однако июль вновь показал отрицательное сальдо, и накопленный дефицит продолжил расти.
Минфин уже официально пересмотрел план. Расходы по итогам года ожидаются на уровне 45,11 трлн рублей против заложенных 44,07 трлн, тогда как прогноз доходов остался прежним, около 40,28 трлн рублей. Это даёт обновлённый плановый дефицит около 4,83 трлн рублей вместо первоначальных 3,79 трлн.
Как связаны резервы и дефицит
Соседство рекордных резервов и растущего дефицита кажется противоречием только на первый взгляд. На деле это два разных инструмента в разных временных горизонтах. Резервы представляют собой накопленную за годы подушку, тогда как дефицит отражает текущий разрыв между доходами и расходами конкретного года. Одно не отменяет другое: государство может одновременно располагать крупными резервами и сводить текущий бюджет с дефицитом, покрывая разрыв заимствованиями и средствами ФНБ.
Именно так и устроено финансирование дефицита 2026 года. Основным инструментом покрытия становится размещение облигаций федерального займа: Минфин планирует занять на рынке около 6 трлн рублей за год. Вторым источником служит ликвидная часть ФНБ, которая, в отличие от заблокированных резервов, доступна для использования. Здесь возникает ключевой нюанс: ликвидная часть ФНБ существенно сократилась за годы высоких расходов, и если дефицит превысит 8 трлн рублей, финансировать его станет заметно сложнее, что потребует более активного расходования фонда.
Практическое следствие для экономики двойственное. С одной стороны, крупные резервы и умеренный по мировым меркам госдолг ниже 20% ВВП означают, что бюджетный дефицит в 2,8-3% ВВП не создаёт угрозы платёжеспособности государства. С другой стороны, финансирование дефицита через наращивание заимствований по высоким ставкам увеличивает будущие процентные расходы, а активное размещение ОФЗ давит на долговой рынок и способно замедлить снижение доходностей даже при смягчении политики ЦБ. Рост резервов за счёт переоценки золота приятен для статистики, но не решает проблему текущего бюджетного разрыва, поскольку заблокированная и золотая части резервов не предназначены для финансирования регулярных расходов. Устойчивость государства сохраняется, однако цена обслуживания дефицита постепенно растёт, и именно она, а не абсолютный размер резервов, определяет реальное бюджетное давление в 2026 году.