Что показывает динамика
Падение капвложений началось ещё во втором квартале 2025 года. В первом квартале 2026 года оно ускорилось до 14,3%, во втором замедлилось до 6,6%, а в целом за полугодие снижение составило 9,9%. Минэкономразвития называет такие результаты улучшением динамики, имея в виду замедление темпа падения во втором квартале относительно первого.
Важно понимать масштаб происходящего в правильном контексте. За 2022-2025 годы реальный показатель капвложений вырос на 25%, а доля валового накопления основного капитала в ВВП увеличилась на 3,4 процентного пункта, до 23%. Предприятия в этот период замещали импорт, расширяли мощности, перестраивали логистику и программное обеспечение. Поэтому нынешнее снижение происходит с очень высокого пика: по оценкам аналитиков, с учётом сезонности инвестиции в середине 2026 года всё ещё на 3,4% выше долгосрочного тренда. Иными словами, это откат с рекордных уровней, а не обвал ниже нормы. Однако сам факт непрерывного снижения на протяжении пяти кварталов подряд указывает на устойчивую смену тенденции.
Мы уже разбирали ранее проблему качества инвестиционного бума 2022-2024 годов, когда значительная часть вложений уходила не в создание нового потенциала, а в замещение выбывающих активов. Нынешнее падение накладывается на эту структурную проблему, усиливая сомнения в устойчивости инвестиционного роста.
Структура падения: что именно перестают покупать
Состав инвестиций вскрывает изменение предпочтений в экономике, и это изменение тревожное. Доля вложений в машины, оборудование и транспорт за год снизилась с 35,6% до 33,1%, а доля инвестиций в информационные технологии и телекоммуникации сократилась с 3,2% до 2,9%. Именно эти категории представляют собой наиболее ценный, технологический компонент инвестиций, создающий будущий производственный потенциал. Одновременно доля зданий и сооружений осталась почти стабильной на уровне 42,8%, а доля объектов интеллектуальной собственности даже выросла с 7,2% до 8,9%.
Отраслевая картина подтверждает широту падения. Без учёта малого бизнеса и косвенно оцениваемых вложений объём инвестиций упал на 11,7%. В обрабатывающей промышленности снижение составило 13,5%, в торговле 30,6%, в информации и связи 22,8%, в научной и технической деятельности 24%. Особенно резким оказалось падение в металлургии, на 27,2%, и в производстве готовых металлических изделий, на 26,9%. Показательно, что падение охватило именно те отрасли, которые производят и используют инвестиционное оборудование, что говорит о сжатии инвестиционного цикла как такового.
Рост капвложений при этом сохранился в отдельных сегментах: в добыче металлических руд на 19,6%, в химии на 3%, в электроэнергетике на 14,2% и в сегменте государственного управления и военной безопасности на 28%. Последняя цифра показательна: государственные и оборонные вложения растут, тогда как гражданские инвестиции в производство сжимаются.
Почему инвестиции не разворачиваются и что будет дальше
Ключевая причина сокращения инвестиций лежит в источниках их финансирования. Основным источником капвложений остаются прибыль и амортизация: в первом полугодии за их счёт финансировалось 59,7% инвестиций крупных и средних организаций против 61% годом ранее. Проблема в том, что сама прибыль сжимается: финансовый результат компаний, то есть прибыль за вычетом убытков до налогообложения, в первом полугодии сократился на 13,3% год к году. Когда сжимается основной источник финансирования вложений, сжимаются и сами вложения. Доля банковских кредитов при этом выросла с 14,3% до 15,8%, однако при высокой ключевой ставке заёмное финансирование остаётся дорогим и не может полностью компенсировать выпадение собственных средств.
Опросы предприятий подтверждают отсутствие разворота. По данным ИНП РАН, в августе 2026 года доля предприятий, не намеренных инвестировать, превышала другие группы на 34 пункта, и это соотношение не меняется с сентября 2025 года. Импортозамещение решило лишь часть проблем: доля недовольных качеством отечественного оборудования снизилась до минимальных 17%, однако появилась новая проблема. Доля компаний, считающих цены на отечественные товары, замещающие импорт, чрезмерными, выросла с 2% в октябре 2025 года до 23% в августе 2026 года. Предприятия реже жалуются на качество и дефицит, но всё чаще на дороговизну доступного отечественного оборудования, а для двух из трёх предприятий главным препятствием остаётся отсутствие нужной отечественной продукции как таковой.
Базовый сценарий Банка России предполагает, что валовое накопление основного капитала по итогам 2026 года окажется в диапазоне от минус 1,5% до плюс 0,5%. При падении на 9,9% в первом полугодии для попадания в этот диапазон динамика во втором полугодии должна резко улучшиться. Расчёт регулятора строится на трёх факторах: низкой базе второй половины 2025 года, которая механически улучшит годовое сравнение, государственных инфраструктурных проектах и расходах на восстановление мощностей, а также на снижении процентных ставок, которое удешевит заёмное финансирование. Однако ни статистика, ни опросы предприятий пока не показывают признаков такого разворота. Снижение ключевой ставки действительно облегчит доступ к кредиту, но оно не восстановит сжавшуюся прибыль компаний быстро, а именно прибыль остаётся главным источником инвестиций. Показательно, что официальные ожидания уже сдвинулись: если в апрельском прогнозе Минэкономразвития возобновление инвестиционного роста ожидалось с 2027 года, то на Восточном экономическом форуме в начале сентября глава ведомства обозначил новый ориентир, 2028 год. Инвестиционная пауза таким образом растягивается на три года, с 2025 по 2027-й. Это означает, что даже при выполнении прогноза по годовой цифре за счёт эффекта базы структурная слабость инвестиционного процесса сохранится, а вопрос о том, вернётся ли инвестиционный рост как драйвер экономики, отодвигается к концу десятилетия.