Премьер Марк Карни после срыва переговоров объявил, что Оттава ответит «долларом на доллар» и продолжит диверсификацию торговли. Этот эпизод укладывается в более широкую проблему тарифной политики Трампа.
Исходная юридическая конструкция политики тарифов развалилась еще 20 февраля, когда Верховный суд США постановил, что Закон о международных чрезвычайных экономических полномочиях не дает президенту права вводить тарифы. На этом основании Белый дом ранее установил 25%-ные пошлины против Канады и Мексики, тарифы против Китая и «взаимные» пошлины минимум в 10% почти для всех торговых партнеров.
После решения суда администрации пришлось заново выстраивать тарифный режим через разделы 122, 232, 301 и 338 торгового законодательства.
Экономические результаты также расходятся с целями Белого дома. Исследование Федеральной резервной системы, опубликованное в апреле, оценило вклад тарифов 2025 года в рост цен базовых потребительских товаров к февралю 2026-го в 3,1%, а базового ценового индекса потребительских расходов в 0,8%. Июньская работа ФРС показала, что в наиболее зависимых от импорта категориях цены выросли на 1–2%, тогда как расходы домохозяйств сократились примерно на 4%.
Международный валютный фонд в мартовском обзоре оценил снижение уровня ВВП США из-за повышенных тарифов на 0,6% в 2026–2027 годах и указал, что сокращение торгового дефицита будет относительно небольшим. По данным Бюро экономического анализа США, в июне дефицит торговли товарами сохранялся на уровне $102,1 млрд, общий дефицит товаров и услуг составил $73,3 млрд.
К августу 2026 года тарифы уже повысили внутренние издержки, вызвали ответные ограничения и лишились первоначальной правовой основы. Канадский эпизод показывает, что даже ближайшие партнеры Вашингтона все чаще отвечают встречными мерами вместо уступок.
Тарифная стратегия Трампа дала сбой
Канада стала очередным подтверждением того, что тарифное давление Вашингтона все хуже работает как инструмент принуждения. С 22 августа США ввели 50%-ные пошлины примерно на $28 млрд канадских товаров.