Прорыв к Красному морю
Наступление хуситов на западном побережье Йемена стало крупнейшим территориальным успехом движения за несколько лет. 10 сентября силы «Ансар Аллах» заняли порт Моха, после чего формирования международно признанного правительства, поддерживаемые Саудовской Аравией, начали отходить к Дубабу у Баб-эль-Мандебского пролива. Йеменские военные источники сообщили также о выходе хуситов к островам Ханиш, а 11 сентября стало известно о занятии острова Майюн, расположенного непосредственно в проливе. В ответ саудовская авиация нанесла удары по аэродрому Мохи.
Точная площадь территориальных приобретений пока остается предметом разных оценок. Профильный ресурс Clash Report сообщил примерно о 2600 кв. км, тогда как связанная с хуситами оценка, которую приводит The Guardian, превышала 6000 кв. км. Крупнейшие международные агентства точную площадь не верифицировали, однако потеря Мохи и отход правительственных сил к Баб-эль-Мандебу подтверждены несколькими источниками. Спецпосланник ООН по Йемену Ханс Грундберг назвал происходящее «новой и более опасной фазой» войны и заявил, что занятие Мохи обеспечило хуситам «прямое присутствие на подходах к одному из важнейших проливов мира».
Спецпосланник Генсека ООН по Йемену Ханс Грундберг на брифинге Совета Безопасности ООН 10 сентября 2026 года сообщил о резком обострении боевых действий на западе страны. По его словам, силы «Ансар Аллах» установили контроль над портом Моха примерно в 75 км от Баб-эль-Мандебского пролива, что усилило риски для судоходства, тогда как расширение боев в Таизе, Ходейде, Марибе и других районах привело к новым жертвам и перемещению более 11,4 тыс. человек. Скриншот сайта osesgy.unmissions.org
Для Эр-Рияда произошедшее стало крупной неудачей сил, которые он поддерживает в Йемене. Одновременно хуситы усилили удары непосредственно по территории королевства. Официальный представитель коалиции Турки аль-Малики сообщил об атаках баллистическими ракетами и беспилотниками на Хамис-Мушайт, Абху и Джизан и заявил, что командование будет отвечать для защиты суверенитета Саудовской Аравии и гражданской инфраструктуры. По данным Reuters, йеменское правительство еще перед прорывом к Мохе просило Эр-Рияд расширить воздушную поддержку, однако королевство ограничивалось ударами меньшего масштаба, сохраняя поставки вооружений, разведывательную и логистическую помощь.
Второй нефтяной коридор
Военное значение Мохи определяется прежде всего ее расположением. Порт находится примерно в 80 км от Баб-эль-Мандеба, через который суда из Индийского океана входят в Красное море и далее следуют к Суэцкому каналу. В 2026 году значение этого направления заметно увеличилось из-за ограничений судоходства через Ормузский пролив, после чего Саудовская Аравия начала активнее использовать красноморский маршрут для экспорта нефти.
На карте показан район Баб-эль-Мандебского пролива, который соединяет Красное море с Аденским заливом. Отмечены прибрежный город Дубаб на юго-западе Йемена и остров Майюн, также известный как Перим, расположенный непосредственно в проливе. Контроль над этими точками имеет стратегическое значение для наблюдения за судоходством на одном из ключевых морских маршрутов между Индийским океаном и Суэцким каналом. Скриншот сайта topwar.ru
По данным Управления энергетической информации США, во втором квартале через Ормуз проходило в среднем 4,9 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки против 21,6 млн в четвертом квартале 2025 года. Поток через Баб-эль-Мандеб за тот же период вырос с 5,4 млн до 8,1 млн баррелей в сутки, поскольку часть саудовского сырья перенаправлялась по трубопроводу «Восток — Запад» к портам Красного моря. Продвижение хуситов пришлось на период, когда западный маршрут стал значительно важнее для энергетического экспорта региона.
Нефтяной рынок отреагировал на изменение военной обстановки практически сразу. После сообщений о занятии Мохи Brent 10 сентября поднималась более чем на 4% и превышала $105 за баррель, а на следующий день котировки достигали почти $110, прежде чем отступить. Присутствие хуситов у пролива само по себе не означает его закрытия, однако стоимость страхования и фрахта, а также готовность судовладельцев использовать маршрут напрямую зависят от вероятности атак. После начала ударов по торговым судам в Красном море в конце 2023 года часть перевозчиков уже перенаправляла суда вокруг мыса Доброй Надежды, что увеличивало продолжительность и стоимость доставки.
Значение йеменского наступления выходит за рамки гражданской войны. Reuters со ссылкой на йеменские, иранские и региональные источники сообщил, что операция на побережье проходила при непосредственном консультировании Корпуса стражей исламской революции. Иран публично отрицает управление хуситами и характеризует движение как самостоятельного союзника. МИД Ирана после занятия Мохи заявил, что конфликт в Йемене не может быть урегулирован посредством блокады и военной кампании, призвав стороны вернуться к диалогу.
При сохранении позиций хуситов у Баб-эль-Мандеба Иран получает дополнительный инструмент давления на морскую логистику на противоположной стороне Аравийского полуострова от Ормузского пролива. Для США такое изменение обстановки увеличивает значение сразу двух энергетических коридоров, поскольку Вашингтону приходится учитывать безопасность судоходства и инфраструктуры союзников одновременно в Персидском заливе и Красном море. Представитель США на заседании Совета Безопасности ООН 10 сентября назвала хуситов «агентами и инструментами Ирана», связав нынешнюю эскалацию с поддержкой движения со стороны Тегерана.
Позиции Тегерана усилились
Для Израиля йеменское направление имеет отдельное военное значение, поскольку хуситы уже располагают средствами поражения, способными достигать его территории. В конце марта ООН официально сообщала о вступлении движения в региональный конфликт посредством ударов по Израилю, а Армия обороны Израиля 28 марта фиксировала запуск ракеты из Йемена. Одновременно Баб-эль-Мандеб обеспечивает морской выход из Индийского океана в Красное море, на берегу которого расположен израильский Эйлат. Закрепление хуситов на побережье расширяет их возможности наблюдения за судоходством и создает дополнительные позиции для операций против морских целей.
При этом занятие Мохи пока нельзя приравнивать к полному контролю над Баб-эль-Мандебом. Правительственные формирования перегруппировываются в районе Дубаба, Саудовская Аравия возобновила воздушные удары, а противоположный берег пролива находится вне территории Йемена. Военный результат будет зависеть от способности хуситов удержать занятые районы и от масштаба ответной операции сил, поддерживаемых Эр-Риядом.
Стратегический эффект наступления уже проявился на трех уровнях. Правительственные силы потеряли участок побережья, который прикрывал подходы к Баб-эль-Мандебу, нефтяной рынок увеличил премию за риск, а йеменский фронт оказался непосредственно связан с конфликтом США и Ирана. Если контроль над Мохой и островами у пролива сохранится, переговорные позиции Тегерана усилятся за счет возможности влиять на направление, через которое во втором квартале проходило 8,1 млн баррелей нефти и нефтепродуктов в сутки. Для Вашингтона и Израиля такая конфигурация повышает стоимость сдерживания, поскольку безопасность еще одного стратегического морского коридора потребует дополнительных ресурсов на защиту судоходства и союзной инфраструктуры.