Новый налог планируется ввести для части горно-металлургического сектора в 2027–2029 годах. Его ставка составит 30% от дополнительного дохода, возникшего вследствие роста мировых цен на твердые полезные ископаемые относительно базового уровня 2025 года. Для золота предусмотрена ставка 20%. Если рост средней цены окажется меньше 10%, налоговая база не возникает.
Проблема действующей конструкции связана с тем, что расчет опирается на стоимость добытого сырья и мировые цены, тогда как финансовое состояние конкретного предприятия напрямую в базу не включается.
В результате рост котировок еще не означает сопоставимого увеличения прибыли, поскольку одновременно могут расти производственные расходы, стоимость финансирования и капитальные затраты. Общественная палата также обращала внимание, что механизм основан на ценовом показателе без учета фактических затрат компаний.
Глава думского комитета по бюджету Андрей Макаров предложил ко второму чтению предусмотреть механизмы, которые позволят учитывать положение отдельных предприятий. Сазанов подтвердил готовность Минфина к такой доработке:
Мы готовы рассматривать, если есть угроза банкротства или невозможность оплаты налога.
При этом в комитете считают, что критерии для смягчения могут быть шире одной угрозы банкротства.
Значительно менять общую конструкцию налога Минфин пока не планирует. Ожидаемые поступления уже включены в бюджет: ведомство рассчитывает получить около 683 млрд рублей за три года, а в бюджетных документах ориентир составляет около 200 млрд рублей ежегодно. Ранее Минфин отмечал, что изменения, которые существенно сократят запланированные доходы, маловероятны.
Таким образом, ко второму чтению основным предметом доработки может стать механизм защиты отдельных предприятий, для которых рассчитанный по мировым ценам сверхдоход не соответствует их фактическому финансовому результату.
